Иллюстрация http://www.sxc.hu/

О том, какие пенсионные изменения уже произошли, при каких условиях следует ждать продолжения пенсионной реформы и почему этого не произойдет в ближайшие пару лет, рассказала министр труда и социальной политики Украины Людмила Денисова

Как вы оцениваете нынешнее состояние пенсионной системы и что с ней будет, если не проводить реформ?

Те реформы, которые были намечены еще в 1996 году, застопорились. Если бы мы тогда их начали внедрять, то сейчас бы уже проблем с солидарной системой не было. И мы бы уже давно ввели обязательное накопительное страхование. Но поскольку у нас в стране случаются то революции, то выборы, есть политическое сдерживание процесса проведения пенсионных реформ. Должна быть политическая воля, но 2009 год — это не год, когда надо проводить какие-то реформы. Сейчас не только в Украине, но и во всем мире наблюдается кризис, и в этом году основная задача — сохранить все те достижения, которые были сделаны в 2008 году.

А какие реформы были в прошлом году?

С 1 апреля у нас впервые была выполнена 46 статья Конституции — пенсия теперь не может быть меньше прожиточного минимума. Мы актуализировали средний заработок, с которого начисляется пенсия. Если до 2008 года он был 328 грн., то с 1 января 2008 года — 978 грн. Таким образом, произошла дифференциация пенсий. Если до 2008 года практически 90% пенсионеров получали пенсию в пределах минимальной, то теперь только 8% получают пенсию в размере прожиточного минимума, а остальные дифференцированную. Ведь учитываются и размер средней заработной платы, и количество лет, и условия труда. Теперь у нас один год трудового стажа зачисляется с коэффициентом 1,35. То есть у нас фактически человеку, отработавшему 40 лет, пенсия считается, как за 54 года. Это заинтересовывает пенсионера продолжать свою трудовую деятельность.

Те изменения в солидарную систему, о которых вы говорили, привели к тому, что у нас и так граждане получают различную пенсию в зависимости от зарплаты и трудового стажа. Есть ли после этого смысл во внедрении второго уровня?

Я не согласна, что солидарная система должна обеспечивать всем равные доходы. Ведь закон, который вступил в силу с января 2004 года предполагал, что в зависимости от трудового стажа, от условий труда и от размера средней заработной платы у вас будут разные пенсии. Но в том же году была введена доплата, которая снова всех уравняла и свела к минимуму действие этого закона. И только в 2008 году мы смогли восстановить дифференциацию пенсий.

Понимаете, у нас сейчас пенсионное страхование, а не пенсионное обеспечение, когда по-советски все сбросились и поровну поделили. Это было неправильно, правильно — это когда каждому по заслугам. К примеру, в прошлом году мы увеличили пенсии шахтерам в 2–4 раза, и это нормально, попробуйте под землей поработать. Государство теперь им доплачивает за счет госбюджета, но ведь они выполняют государственную функцию — обеспечивают энергонезависимость страны.

И все же, почему накопительная система должна существовать параллельно с солидарной?

У нас демографическая ситуация очень сложная, мы входим в 14 стран мира, у которых наиболее стареющая нация. У нас сегодня 1,1 работника на одного пенсионера. Но скоро мы сравняемся, а потом работников и вовсе станет меньше. Другими словами, у нас пока есть демографическое окно, и если мы сейчас не введем второй уровень, то потом просто будет поздно.

И когда можно будет ввести накопительный уровень?

За 2008 год мы отработали почти всю идеологию введения второго уровня, есть закон в парламенте, проголосованный в первом чтении. Ко второму чтению никак не дойдут, но, может быть, еще и не время. У нас осталось три вопроса, ответов на которые пока нет. Нам нужна сбалансированность бюджета Пенсионного фонда и государственного бюджета. Под вопросом остаются возраст, с которого человек начнет участвовать во втором уровне, и процент отчислений. Должен быть баланс этих трех компонентов. Ведь взносы, которые будут уплачены в накопительное страхование, уйдут в инвестиции. И если взнос будет 7%, как это сегодня обсуждается, то эти 7% будут не за счет увеличения размера отчислений, а путем перераспределения ныне существующей ставки. И если мы эти 7% изымем у солидарной системы, то кто-то их должен туда положить. И это будет госбюджет.

Для этого необходимо, чтобы хотя бы на протяжении двух лет был стойкий рост ВВП не менее 2%. Понятно, что этот год, с его прогнозным показателем роста 0,4%, не тот год, когда стоит говорить о втором уровне. Но если 2010 год будет положительным, то, может быть, в 2011 году после принятия соответствующего закона парламентом, мы проведем различные институциональные реформы, проведем анализ работы негосударственного накопительного страхования, учтем их опыт работы, и только после этого можно говорить о годе введения второго уровня.

Всемирный банк настаивал, чтобы с этого года было введен второй уровень. Он отложен. Чем это грозит Украине? Ведь на осуществление этой программы была выделена помощь.

Я сама была на встрече, которую проводила Юлия Владимировна с МВФ. Глава правительства подчеркнула, что мы согласны с тем, что нам нужно внедрять второй уровень, но это произойдет только после того, как мы выйдем из кризиса.

Как вы оцениваете работу третьего уровня?

Если отслеживать начиная с 2004 года, то динамика положительная. То есть количество людей, которые участвуют в системе негосударственного накопительного страхования, увеличивается — уже более 400 тысяч играют в эту игру, уже полмиллиарда средств есть у фондов. И даже есть люди, которые уже получают выплаты.

Но тут есть одна проблема, она характерна не только для Украины, но и для всего постсоветского пространства. Это недоверие к долгосрочным вложениям после утери сбережений в Сбербанке СССР. А вот среди нового поколения, которое этого не застало, уровень доверия фондам намного выше.

Сейчас мы всячески стараемся стимулировать развитие негосударственного пенсионного страхования. Для этого человеку просто надо объяснить, что он должен и сам позаботиться о своей старости. Особенно, если работая, он не связывает себя трудовым договором. Причем я считаю, что нужно дать возможность платить не только в будущем, но и за прошедшие годы. Мы буквально недавно приняли в Кабмине решение об упрощении процедуры добровольного пенсионного страхования для людей, которые работают за рубежом, даже нелегально. В любом случае, человек должен иметь возможность застраховать свою старость.

У нас уже давно говорят о повышении пенсионного возраста. Ваша позиция по этому вопросу.

Я — против. Говорить о повышении пенсионного возраста отдельно от ситуации, которая наблюдается у нас в стране, невозможно. Если мы начнем повышать уровень жизни, оздоровлять нацию, увеличивать продолжительность жизни, тогда можно говорить о повышении пенсионного возраста. Но когда у нас мужчина по разным оценкам живет от 59 до 63 лет, а на пенсию выходит в 60, то как-то неправильно, что он всю жизнь платит, а пользуется пенсией всего три года. Тут должен быть баланс.